А вам нравится «BIS Journal»?

Присоединяйтесь к обществу профессионалов по информационной безопасности.

«BIS Journal» рекомендует!
Нажмите МНЕ НРАВИТСЯ!

24 ноября, 2016«BIS Journal» № 3(22)/2016

Емельянов Геннадий

член-корреспондент (Академия криптографии РФ)

Ларин Дмитрий

историк криптографии, кандидат технических наук (BIS Journal)


Рождение советской криптографии

Окончание. Начало http://journal.ib-bank.ru/post/415

(Окончание. Начало http://journal.ib-bank.ru/post/415)
 
САВИНКОВЦЫ, МЕНЬШЕВИКИ, МОНАРХИСТЫ…
 
Большой интерес Спецотдела продолжали вызывать шифры различных антисоветских организаций. В 1920–1930-е годы было взломано немало таких шифров. Так были вскрыты шифры организации Б.В. Савинкова «Народный союз защиты Родины и свободы», которая из-за рубежа вела активную террористическую деятельность на территории СССР. Напомним, что до Октябрьской революции Б.В. Савинков был активным членом организации социалистов-революционеров (эсэров). Савинковцы, в основном, использовали так называемые шифры по слову с перешифровкой с помощью гаммы. Шифры по слову в XIX — начале ХХ веков активно применяли российские революционеры. [Соболева, 2002] [Бабаш, 2004].

В результате чекисты получили информацию о паролях и явках савинковцев на территории СССР. Эта информация в немалой степени способствовала успешному проведению в 1924 году операции «Синдикат-2», в результате которой Савинков и несколько других руководителей его организации оказались на территории СССР и были арестованы.

В 1922-1924 годах Спецотделом было дешифровано около 38 шифрсообщений меньшевистских организаций, зашифрованных на 17 ключах. В результате были установлены 65 конспиративных адресов, а также пароли и явки меньшевиков. Также в это десятилетие был раскрыт ряд шифров различных монархических организаций. Полученная в результате дешифрования их переписки информация оказалась крайне полезной для советских органов госбезопасности. Интересно отметить, что помимо шифров, монархисты использовали и код на 1000 величин, который тоже был вскрыт сотрудниками Спецотдела.

В начале 1920-х годов Спецотдел провел криптоанализ шифрматериалов царских правоохранительных органов. Эта работа позволила выявить большое число сотрудников и агентов полиции и жандармерии, затесавшихся в различные советские организации [Гольев, 2008], [Соболева, 2002].

В дальнейшем тайные операции советской разведки и контрразведки по добыче криптографических секретов оказывали существенную помощь дешифровальщикам. Ряд из них мы рассмотрим в следующих статьях.

Одновременно с криптоанализом чужих шифров шла напряженная работа по созданию своих. В 1924 году на основе 52 различных шифров был создан знаменитый «русский код», расшифровать который не удалось никому. Была создана единая инструкция по шифровальной службе, сотрудники спецотдела начали проводить инспекторские проверки в центральных и периферийных органах.
 
«ТАМ НИКОГО НЕ АРЕСТОВЫВАЛИ И НЕ ДОПРАШИВАЛИ»
 
По предложению В.И. Ленина IX съезду Советов 6 февраля 1922 года было принято Постановление ВЦИК об упразднении ВЧК и его реорганизации в связи с созданием Государственного политического управления (ГПУ) при НКВД РСФСР. В центральный аппарат ГПУ с 1 декабря 1922 года общей численностью 2200 человек вошел и Спецотдел, в ведение которого входило руководство шифровальным делом в стране, контроль за деятельностью шифровальных органов РСФСР, ведение радиоразведки и радиоконтрразведки, а также криптоанализ.

После образования СССР Президиум ЦИК СССР в ноябре 1923 года принял постановление о создании Объединённого государственного политического управления (ОГПУ) при Совете народных комиссаров (СНК, так называлось правительство) СССР и утвердил «Положение об ОГПУ СССР и его органах». До этого ГПУ союзных республик (там, где они были созданы) существовали как самостоятельные структуры, при наличии единой союзной исполнительной власти. Наркоматы внутренних дел союзных республик освобождались от функций обеспечения государственной безопасности. 9 мая 1924 года Президиум ЦИК Союза ССР принимает постановление о расширении прав ОГПУ в целях борьбы с бандитизмом, которым предусматривалось подчинение в оперативном отношении ОГПУ СССР и его подразделениям на местах органов милиции и уголовного розыска. Важность задач, стоящих перед органами безопасности, нашла отражение и в основном законе Страны Советов:

«В целях объединения революционных усилий союзных республик по борьбе с политической и экономической контрреволюцией, шпионажем и бандитизмом учреждается при Совете Народных Комиссаров Союза Советских Социалистических Республик Объединенное Государственное Политическое Управление (ОГПУ), председатель которого входит в Совет Народных Комиссаров Союза Советских Социалистических Республик с правом совещательного голоса. Конституция СССР от 21.01.1924 года, ст. 61, гл. 9».

Председателем ГПУ и позже ОГПУ до 20 июля 1926 года являлся Ф.Э.Дзержинский, затем до 1934 года ОГПУ возглавлял В.Р.Менжинский [Турченко, 2005], [memo], [ru.wikipedia].

Перемена названия советской спецслужбы не особенно повлияла на работу Спецотдела. Правда, в связи со сменой названия в 1923 году взамен приказа от августа 1921 года был издан новый похожего содержания, он снова предписывал теперь уже сотрудникам ГПУ в центре и на местах направлять в отдел всю обнаруженную в ходе их деятельности криптографическую информацию.

Здесь следует отметить важный факт - Спецотдел всегда был при ВЧК, ГПУ, ОГПУ, то есть пользовался весьма широкой автономией. Это выражалось в том, что информация из Спецотдела сообщалась непосредственно в Политбюро, ЦК, правительство РСФСР (а впоследствии СССР) самостоятельно, а не через руководство ведомства, при котором отдел находился. Известно, что сотрудники других подразделений относились к Спецотделу скептически, так как «там никого не арестовывали и не допрашивали» [Соболева, 2002, с. 409].

Отметим, что такая автономия предусматривалась изначально, хотя ещё в начале 1921 года было принято постановление, предложенное В.И. Лениным: «Поручить начальнику шифровального отдела ВЧК принять меры к осуществлению надзора, контроля и руководства шифровальным делом в Республике и представить в Малый совет соответствующий проект Постановления, согласовав его с наиболее заинтересованными ведомствами в первую голову» [Соболева, 2002, с. 405], уже тогда советское руководство планировало создание автономной криптографической спецслужбы.
 
ОДА РУССКОМУ КОДУ
 
В 1925 году Г.И. Бокий благодаря успехам Спецотдела на криптографическом поприще сумел подняться по служебной лестнице до должности заместителя председателя ОГПУ. Он организовал образцовую работу по криптографии и радиоразведке и это оценили в руководстве СССР. Ввиду особого значения Спецотдела, а также в связи с тем, что его начальник имел очень большое влияние в партийных верхах, это подразделение фактически не подчинялось руководству органов госбезопасности, а находилось в ведении ЦК ВКП(б). В результате Спецотдел к своей немалой выгоде всегда оставался вне ведомственных рамок [Лекарев, 2002].



Г.И.Бокий.

Обеспечение органов государственного управления, военных, дипломатов и спецслужб Советского государства шифрами всегда было одной из наиболее приоритетных задач Спецотдела. Эта работа началась прямо с момента его создания. В отчёте о работе спецотдела за 1921 год было отмечено, что за отчётный период было разработано, изготовлено и введено в действие на линиях связи различных ведомств 96 новых кодов. Работа Спецотдела всегда находилась под пристальным вниманием руководства СССР. В предыдущей статье [Бабиевский 2011] мы кратко рассказали о «русском коде», вот какую телеграмму по поводу его разработки 2 сентября 1924 года Г.И. Бокию направил секретарь ЦИК СССР А.С. Енукидзе:

«Поздравляю тов. Г.И. Бокия с окончанием составления «Русского кода» - этого громадного и сложного труда.

«Бытие определяет сознание». Бытие и необходимость современных сношений, быстрая связь и экономия во времени толкнули людей к созданию этого нового языка «кода», языка, не похожего ни на один человеческий язык.

Как маленький кусочек радия при разложении испускает колоссальное количество энергии, так и слова «кода» - короткие, непонятные, неудобопроизносимые для нашего языка, при расшифровке развёртывают перед нами ряд фраз и мыслей, посылаемых или получаемых нами издалека.


Как стенография (технология быстрой ручной записи и последующей печати на машинке, не путать со стеганографией – примеч. авт.) стала необходимой для точной записи и размножения человеческой речи, так и язык «код» должен стать необходимым в сношениях между людьми, находящимися на разных точках земного шара.

Я уверен, что «код» получит широкое применение во всех наших учреждениях Союза ССР.

Раз темп работы Октябрьской революции нас привёл к тому, что мы вынуждены были красивый и гибкий русский язык произносить с сокращением слогов, то по проводам и воздушным волнам мы смело будем сноситься концентрированным языком «код», тем более, что он будет доходить до адресатов в красивом, развёрнутом и понятном виде.


Я со своей стороны призываю все учреждения ввести у себя при сношениях по телеграфу и радио язык «код». А. Енукидзе» [Соболева, 2002, с. 423-424].

Из этого документа можно сделать вывод, что шифртекст «русского кода» представлял собой буквенные комбинации, которые в свою очередь соответствовали словам и фразам открытого текста.
 
АГЕНТУРНЫЕ ШИФРЫ
 
В связи с реорганизацией советских органов безопасности с 6 февраля 1922 года по 2 ноября 1923 года отечественная криптографическая служба называлась — спецотдел при ГПУ, а со 2 ноября 1923 года по 10 июля 1934 года —спецотдел при ОГПУ [Астрахан, 1996], [Ганин, 2001], [Гольев, 2008], [Соболева, 2002].

Стремительный рост числа операций советской разведки и активная деятельность контрразведки обозначили ещё одно важное направление работы Спецотдела – создание агентурных шифров. Эти шифры особенные - с одной стороны, от их стойкости зависит успех работы, да и сама жизнь разведчика, с другой они должны быть компактны и просты в использовании. Эксплуатация агентурных шифров проходит в условиях враждебного окружения, а здесь само наличие ключей, шифртекстов уже вызывает подозрения. История знает много примеров, когда даже без дешифрования, само наличие шифра у подозреваемого служило доказательством его враждебных намерений. Это отлично знали и работавшие в Спецотделе революционеры (причём нередко на своём печальном опыте), и бывшие сотрудники правоохранительных органов Российской Империи.

Первоначально в качестве агентурных шифров советские криптологи стали применять различные варианты шифра перестановки (кстати во многих странах этот вид шифров использовали спецслужбы и во время Второй мировой войны). В дальнейшем преимущество отдавали кодам от простейших до довольно сложных. Известный американский криптоаналитик Г. Ярдли, некоторое время (в 1920-е годы) работавший с советскими шифрами, вспоминал: «… Япония и Советский Союз являлись единственными странами, пытающимися добиться успеха в использовании конструкции кодовых слов неодинаковой длины». Он также говорил, что это – «мощное оружие, при помощи которого можно запутать любую шифровку» [Соболева, 2002, с. 425], [Yardley, 1931]. Применялся такой способ шифрования в СССР и 1930-е годы. Также стали разрабатываться книжные шифры.
 
И НА ШИФРАТОРАХ, И ВРУЧНУЮ

Вообще ещё с 1920-х годов коды становятся одной из основных систем шифрования в нашей стране (да и во всём мире). Однако в эти годы стойкость простого кода была недостаточной. В Спецотделе начали разработку способов усложнения данной шифрсистемы. Полученный с помощью кодовой книги промежуточный шифртекст затем, как правило (а в высших звеньях обязательно), перешифровывался одноразовой гаммой. Впервые в СССР стойкая система шифрования с одноразовой гаммой была разработана в начале 1920-х годов.

Активное применение одноразовой гаммы в дипломатической переписке началось с 1927 года [Гольев, 2008]. Несколько позже одноразовая гамма стала применяться для перешифровки кодов в Красной Армии и советских спецслужбах.

Межвоенный период характеризуется в криптографически развитых странах разработкой и принятием в эксплуатацию механических и электромеханических шифрмашин (шифраторов). В СССР этими вопросами занимались в шифровальной службе (8-й отдел) Главного штаба РККА (Рабоче-Крестьянской Красной Армии, так тогда назывались вооруженные силы СССР) и промышленности. Подробнее о разработке советских шифрмашин можно прочитать в статьях [Бабиевский, 2010], [Дадуков, 2006 1-6].

Спецотдел продолжал заниматься совершенствованием ручных шифров, которые по прежнему оставались основным средством шифрования в описываемый период времени. При этом, несмотря на очевидный прогресс в автоматизации шифрования, достигнутый в СССР во время Великой Отечественной войны и в послевоенный период, ручные шифры продолжали использоваться и в 1950-е годы. Вот что вспоминает об этом один из руководителей советской внешней разведки генерал-лейтенант В.А. Кирпиченко. Осенью 1956 года во время «тройственной агрессии» Израиля, Великобритании и Франции он работал в советской резидентуре в столице Египта Каире. В условиях войны требовалось быстро передавать в СССР большие объёмы информации: «Радисты и шифровальщики (тогда было ручное шифрование) выбивались из сил, работая в диких условиях – в тесных душных каморках…» [Кирпиченко, 1993, с.41]. Как видим труд шифровальщика всегда был не прост.
 
ДРУГИЕ СПОСОБЫ. ДИПКУРЬЕРЫ
 
При этом следует отметить, что помимо криптографии Спецотдел, внешнеполитическое ведомство и внешняя разведка уделяли внимание другим способам защиты информации (физическая защита, стеганография, в том числе и условная сигнализация и т.п.). Приведем ряд примеров.

Нужна была обычная физическая защита посланий. Её обеспечивали курьеры, перевозившие почту. В 1920-е годы попытки захвата советской диппочты были неоднократно. Например, всем известен, благодаря стихотворению Владимира Маяковского советский дипкурьер Теодор Нетте, ценой своей жизни защитивший дипломатический багаж. Ранним утром 5 февраля 1926 года в купе поезда Москва – Рига, в котором ехали советские дипкурьеры, перевозившие диппочту в Латвию, ворвались двое неизвестных. Они попытались захватить диппочту и открыли стрельбу, Нетте закрыл собой багаж, но при этом был убит наповал, другой дипкурьер Иоганн Махмасталь был тяжело ранен, но, тем не менее, сумел ответным огнем уничтожить нападавших. В Риге, истекая кровью, Махмасталь охранял диппочту, даже когда к поезду прибыл представитель советского посольства. Иоганн отказался передать ему багаж, заявив, что отдаст диппочту только тому из советских дипломатов, кого знает лично. И только по прибытии такого сотрудника Махмасталь передал ему багаж и допустил к себе врачей. По поводу этих событий проводился интенсивный обмен шифртелеграммами между Центром и рядом европейских резидентур ИНО ОГПУ, с целью выявления тех, кто стоит за нападавшими, личности которых вскоре после происшествия были установлены. В результате проведенной работы советской разведке удалось установить, что за нападением на советских дипкурьеров стоят спецслужбы Великобритании, Германии и прибалтийских государств (эта была их совместная операция). После этих событий были приняты меры по усилению охраны советской диппочты [Очерки, 1997, с. 144-147].

В январе 1928 года из Токио дипломатической почтой под бдительной охраной советских дипкурьеров в Москву был доставлен неприметный пакет, который сразу же был передан руководителю ИНО ОГПУ. Это был первый отчет токийской резидентуры советской разведки. После этого в Японию по открытой телеграфной линии ушёл условный сигнал о том, что почта благополучно доставлена [Очерки, 1997, т.2, с. 258].
 
АГЕНТ КРОТ
 
Кстати одним из важнейших источников токийской резидентуры с конца 1920-х годов был более 10 лет сотрудник японских спецслужб (псевдонимы «Кротов», «Крот», «Кот», «Костя»). Он регулярно добывал шифровальные таблицы и книги не только японской военной разведки, но и аналогичные материалы из США, Германии и Китая. Помимо криптографической информации «Кротов» поставлял сведения исключительной ценности: ежегодные мобилизационные планы военных округов японской армии, схемы передислокации японских вооруженных сил на территории Японии, Маньчжурии и Кореи, о настроениях и политических движениях в японских вооруженных силах, данные о кадровых перестановках в военном руководстве императорской армии, о разработках новых вооружений, документы 3 отделения Главного жандармского управления, работавшего по СССР, план ПВО Токио и многое другое. Его настоящее имя до сих пор не рассекречено [Очерки, 1997, т.2, с. 259-260].

Позднее морально-психическое состояние агента стало вызывать подозрения. При этом допускалась возможность разоблачения советского агента японцами и использования его для передачи дезинформации. В одном из донесений токийской резидентуры отмечалось, что «... К. на последние встречи приходит рассеянный, объясняя это усталостью, большой занятостью по работе. Один раз явился пьяный...» [Очерки, 1997, т.2, с. 263]. Связь с «Кротовым» было решено прервать, а агента «законсервировать» на неопределённое время. Дальнейшая судьба «Кротова» неизвестна.
 
РОЛЬ ХИМИИ
 
В советской криптографической службе нашлось место и химикам, они занимались разработкой невидимых чернил для тайнописи и методов их выявления, но не только. Вот что вспоминал известный писатель, а в 1930-х годах сотрудник Спецотдела, зять Г.И. Бокия Л.Э. Разгон: «В отделе работал и изобретатель-химик Евгений Гопиус (долгое время он возглавлял 7-е отделение и был заместителем Бокия по научной работе – примеч. авт.). В то время самым трудным в шифровальном деле считалось уничтожение шифровальных книг. Это были толстые фолианты, и нужно было сделать так, чтобы в случае провала или других непредвиденных обстоятельств подобные документы не достались врагу. Например, морские шифровальные книги имели свинцовый переплёт, и в момент опасности военный радист должен был бросить их за борт. Но что было делать тем, кто находился вдали от океана и не мог оперативно уничтожить опасный документ? Гопиус же придумал специальную бумагу, и стоило только поднести к ней в ответственный момент горящую папиросу, как толстая шифровальная книга превращалась через секунду в горку пепла…».
 
МНЕНИЕ ОППОНЕНТОВ
 
Высоко оценивали стойкость советских шифров и наши оппоненты. Вот пример. Руководство ведением разведывательной работы в США было поручено сотрудникам российской торговой организации «Амторг», которая в 1924 году открыла своё представительство в Нью Йорке. Вся переписка «Амторга» была зашифрована, и применявшаяся шифрсистема надёжно скрывала советские секреты от американских контрразведывательных спецслужб, которые осуществляли перехват советских сообщений. Вот что об этом пишет американский историк Д. Кан «В 1930 г. по распоряжению Гамильтона Фиша, председателя комитета конгресса, занимавшегося расследованием подрывной коммунистической деятельности в США, более трёх тысяч перехваченных шифртелеграмм «Амторга» были переданы в военно морское ведомство с целью получения более полной информации об этой деятельности. Дешифровальщики, которые получили шифртелеграммы для криптоанализа, вскоре сообщили, что «шифр, используемый «Амторгом», является очень сложным» и что «для его вскрытия их собственных знаний недостаточно». Тогда Фиш передал криптограммы в военное министерство. Через два года Фиш пожаловался на очередном заседании конгресса: «За период от 6 до 12 месяцев ни один специалист не смог прочитать ни слова из этих шифртелеграмм, хотя они заверяли меня, что легко вскроют шифр»» [Кан, 2004, с. 215].
 
Литература.
  1. [Астрахан, 1996] Астрахан В.И., Гусев В.В., Павлов В.В., Чернявский Б.Г. Становление и развитие правительственной связи в России, Орел: ВИПС, 1996.
  2. [Бабаш, 2004] Бабаш А.В., Гольев Ю.И., Ларин Д.А., Шанкин Г.П. Шифры революционного подполья России XIX века // Защита информации. Конфидент. №4, 2004, с. 82-87.
  3. [Востоков, 2000] Востоков К. Рождение радиоразведки // Независимое военное обозрение №30, 2000, с.7.
  4. [Ганин, 2001] Ганин В. 80 лет назад создана шифровальная служба. // Северный курьер, №87(23903), 8 мая 2001, www.dizzaster.ru.
  5. [Гольев, 2005-1] Гольев Ю.И., Ларин Д.А., Тришин А.Е., Шанкин Г.П. Начало войны в эфире. // Защита информации. INSIDE. №3, 2005, с. 89-96.
  6. [Гольев, 2005-2] Гольев Ю.И., Ларин Д.А., Тришин А.Е., Шанкин Г.П. Криптографическая деятельность во время гражданской войны в России // Защита информации. INSIDE. №4, 2005, с. 89-96.
  7. [Гольев, 2008] Гольев Ю.И., Ларин Д.А., Тришин А.Е., Шанкин Г.П. Криптография: страницы истории тайных операций. М.: Гелиос АРВ, 2008.
  8. [Гольев, 2008-2] Гольев Ю.И., Ларин Д.А., Шанкин Г.П. Криптографическая деятельность революционеров в России. Полиция против революционеров. // Защита информации. INSIDE. №2, 2008, с. 86-96.
  9. [Кан, 2004] Кан Д. Война кодов и шифров. М.: РИПОЛ КЛАССИК, 2004.
  10. [Ларин, 2009] Ларин Д.А. Истоки отечественной криптографии // Математика для школьников, №4, М.: 2009, с. 49-64.
  11. [Ларин, 2009-2] Ларин Д.А. Криптографическая служба в годы Гражданской войны в России // Проблемы отечественной истории. Сборник научных статей. Выпуск 11. М.: Издательство РАГС, 2009, с.73-96.
  12. [Ларин, 2009-3] Ларин Д.А. Криптографическая деятельность в России при Петре Великом. // Защита информации. INSIDE. Спб. 2009. №5, с. 76-88, №6, с. 73-86.
  13. [Ларин, 2009-4] Ларин Д.А. Защита информации в Древней Руси. // Вестник РГГУ №12/10, серия «Информатика. Защита информации. Математика». Научный журнал. М.: РГГУ, 2010, с. 13-35.
  14. [Лекарев, 2002] Лекарев С., Порк В. Радиоэлектронный щит и меч // Независимое военное обозрение №2, 2002, с.7.
  15. [Мерзляков, 1999] Мерзляков В. КРО ОГПУ: люди и судьбы двадцатых // В сборнике: Тайные операции российских спецслужб с IX по XXI век. М. «Гелиос», 2000 с. 215-252.
  16. [Очерки, 1997] Очерки истории российской внешней разведки в 6 томах, под ред. Е.М. Примакова и С.Н. Лебедева, М., «Международные отношения», 1999.
  17. [Соболева, 2002] Соболева Т.А. История шифровального дела в России. М.: ОЛМА-ПРЕСС-Образование, 200
  18. [Yardley, 1931] Yardley H.O. The american black chamber. Indianapolis, Bobbs Merrill, 1931.

Поделитесь с друзьями:

Мы в социальных сетях

События

Пн
Вт
Ср
Чт
Пт
Сб
Вс
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
К ближайшим мероприятиям...